Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: очень очень личное (список заголовков)
04:57 

О снах и Юнгианской Персоне

does God hang out in Greyhound bus stations? i'd like to find him. i'd like to make him cry.
Моя мать утверждает - особенно часто ей приспичивает вспомнить об этом, когда мы мирно и буднично паркуемся в гараже возле дома- что ей несколько раз снилось, что я ударила ее ножом. Я не испытываю к ней ненависти. Я не знаю, какая часть меня выскальзывает, выплывает на гребне дельта-волны и поднимает на мою мать, мягкую и обидчивую, самое интимное оружие на свете.

Когда мне было лет одиннадцать или двенадцать, и я училась в гимназии 1514, я впервые в жизни сознательно вылепила себе персону. В прошлой школе надо мной издевались за очки, высокий рост и более чем скромные доходы родителей - за мечтательность - за список чтения, в котором я с одинаковым рвением штудировала индусские сказания о Кали и комиксы о Чародейках - за беспомощную и надоедливую дружелюбность ребенка, который родился летом и потому мог приглашать на праздник любого хорошего мальчика, любую чистенькую(даже не очень - говорила бы спасибо и пожалуйста) девочку с улицы. Дружелюбность сослужила мне плохую службу.

- Ты чокнутая, - холодно сообщила мне одна из нескольких моих мучительниц, Кристина, с колеблющейся высоты качелей в виде жирафов. - Чокнутая - это значит глупая, если ты не знаешь.

Чтобы завоевать звание умной и достойной человеческого обращения обратно, я забрала звание "чокнутой" из словаря Кристины и присвоила его. Дружелюбность стала ногами на голову, как карточная дама. Я заменила всю одежду на черную, пользуясь внезапным скачком роста как невинной причиной обновить гардероб. Я скупала фильмы ужасов в Media Market из корзины "все по 99 руб" чуть ли не оптом, культовую ли классику вроде "Изгоняющего Дьявола" или какой-нибудь беспощадный трэш про тыквоголовое чудище в смертельной схватке против Джодель Ферланд. Последняя была в то славное время известна тем, что в ее ангельской внешности продюсеры видели что-то зловещее и постоянно снимали ее в инфернальном жанре. Джодель Ферланд - икона. Ее видели почти все, только вот мало кто сможет назвать по имени, это она вынесла в широкие массы архетип "злобной маленькой девочки", это она в Стране Приливов, Деле Номер 39 и Сайлент Хилле сглаживает круглыми щечками самый кровавый кадр.

Мою внешность строго в тот момент было сложно назвать ангельской, но вот пункт с "чем-то зловещим" был вполне выполним.

Я переняла жестикуляцию и удручающе грязные шутки вампиров из своей коллекции ужастиков. Я перечла самые завалящие, позабытые всеми рассказы из французских антологий просто потому, что издательство Азбука-Классика причислило их к жанру готики. Я вставляла неудобно лесбийские(какое тонкое вангование!) монологи Кармиллы и присказки о том, что Мишка и Локис - одно и тоже в каждый разговор о школьный невзгодах. Я выглядела нелепо(спросите у любого, кто знал меня тогда). Но все же, сквозь неуклюжий фильтр моего недозрелого характера, зловещая персона высвободилась и начала творить непонятные вещи.

Как-то на переменке моя одноклассница Сусанна отвела меня на задние парты, к меланхоличному подоконнику - центру классной светской жизни, своеобразному форуму нашего исхудалого Рима. С него мы атаковали заносчивых старшеклассников бумажными самолетиками, и на нем же в апреле месяце неприлично толпились - понюхать весну.

- Ты мне снилась, - запальчиво произнесла Сусанна, такая же чернявенькая и тревожноглазая, как Кристина. - Ты явилась ко мне во сне, в том черном платье, за которое тебя Васька(классный руководитель) наругала неделю назад. У тебя весь рот был в крови, и ты разорвала моего плюшевого тигренка зубами на куски.

Я убедила ее, что это - всего лишь побочный эффект дружбы со мной собственно, и с церемониальным выражением лица нацарапала ей защитную пентаграмму на листке, выдранном из тетрадки по математике.

- Приснись еще, это было круто! - Я проводила уносившуюся прочь с пентаграммой Сусанну своей самой зловещей улыбкой, еле заметной из-за толстых щек. Кажется, я начала приобретать желанную репутацию. Видеть неподдельный страх и завороженность в глазах Сусы для меня было слаще, чем найти на дне рюкзака с Джеком Скеллингтоном первую валентинку. Я так и не узнала, от кого она, но платье, явившееся Сусанне, висит у меня в шкафу до сих пор.

Моя первая настоящая подруга Дашка была первым же читателем моих романов ужасов. Отличница Дашка шипела и пиналась, когда я в очередной раз совала ей тетрадку с черепами и алыми термоядерными облаками в середине урока - но после, когда грязный Московский снег становился сиреневым, и мы заледеневшими пальцами шарили по дну пачки с купленными из соседнего магазинчика чипсами, падали в сугробы, наблюдали, как греются у теплоцентрали вполне готичные вороны, Дашка с восторгом расспрашивала меня о судьбе героев, героинь, клыков и распятий. Она никогда не знала, что плебейкам вроде нас о вампирах можно писать, не только наблюдать за их тленным гламуром через экран родительского телевизора.

Однажды Дашка грубо отказалась читать новую порцайку моих незатейливых подражаний Лестату, демонстративно попросила пересадить ее за другую парту и ни к селу ни к городу начала встречаться с Вадимом, гадливым авторитетом класса, единственным, кто мог соперничать с ней в математике, а со мной - в беспардонности. Я тогда в приступе инфантильной ревности больно дернула ее за волосы, а она так холодно и односложно отвечала на СМС с моей "Нокии", что я впервые в жизни расплакалась из-за женщины. (Опять же - какое провидение!)

Через неделю мы помирились. Вороны снова грелись у теплоцентрали, мы снова делили варежки на двоих, и Дашка провожала меня до остановки. Когда мы сели на заледеневшую скамью дожидаться, пока из розовых воспаленных облаков не явится мой троллейбус, Дашка показала мне свою квадратную практичную ладонь, всю забальзамированную многочисленными пластырями.

- Ко мне приходили твои вампиры, - сказала Дашка, и на дне ее выпуклых глаз я различила искреннюю тревогу. - Вечером на прошлой неделе я увидела белое лицо в окне. Вроде как твое, только вот какое-то худое и мужское. И все в крови, - добавила она после недолгой паузы. - Я так испугалась, что стакан выронила. Осколки убирала полчаса... Скажи, ты можешь их позвать обратно? Пусть ходят к тебе, тебе это нравится, а мне на такое отвлекаться нельзя... Мне за нас обеих контрольную писать, а я спать не могу!

Я поняла, что моя сотканная из слэшеров, Энн Райс, детских обид и преждевременного созревания персона вышла из-под контроля, когда она пустила Дашке вполне реальную, лейкоцитовую кровь. Поняла, что творится нечто неладное, когда, подсадив парочку подруг на фильмы ужасов - как сейчас помню нас, сгрудившихся вокруг тусклого экранчика с "Телом Дженнифер", мои округлившиеся плечи стиснуты с двух сторон напряженными ладонями, я ухмыляюсь, предвкушая чужие мурашки и тошноту - убедилась, что без меня они больше не могут спать. В полночь на мою нокию приходили панические СМСки о том, что делать, если темнота уж слишком угрожающе клубится в углу комнаты. Я допоздна сидела в комнате своей дачной подруги, убеждая ее, что демон в ее комнату не заявится - он уйдет ночевать ко мне, как всегда. Ну куда он еще попрется как не к той, кто лично его придумал и пропиарил? Нарожав собственных чудовищ и пустив их бродить и шамкать челюстями среди моих друзей, родственников и знакомых, я была вынуждена заменить свою посредственную личность на роль эдакой символической Баффи.

С тех пор я пробыла готом лет эдак до пятнадцати, после чего мне это надоело, хотя бы потому, что теперь мою личность не определяет наличие или отсутствие одежды - мне живется легче с полупустым шкафом. Увлечение вампирами осталось, но скорее в психологическом плане: клыкастый жанр чуть ли не первый пронес в массы тему гомосексуальности, а книги Райс - очень яркий пример работы, рожденной острым посттравматическим расстройством. Фильмы ужасов я тоже до сих пор люблю, но не стараюсь болтать о них с каждым встречным, понимая специфику увлечения и то, что далеко не все обязаны его разделять. Ну и чувствовать себя ответственной за порушенную психику человека мне тоже больше не хочется. Может, оттого-то, кстати, я и подалась на психфак - выслужиться за те несколько смятых в хлам невинностей, павших жертвами моему желанию стать "крутой".

Я больше не терроризирую никого нарочно. Мне впервые в жизни достаточно простого человеческого общения - его вкус стал неожиданно сладок после почти шести лет за языковым барьером. Только вот проклюнувшаяся на окраине детства персона никуда не девается. Я до сих пор пугаю соседей по общаге, когда, полуслепая от любви к чтению, путаясь в темно-русых лохмах и белых ногах, иду ночью попить воды. Люди бросаются ко мне, почуяв приближение смерти - я иногда упоминаю в разговоре, что у меня умерла женщина, заменившая мать, и что в моей Московской квартире происходит будничная паранормальная активность - это все, что они запоминают обо мне. Моей интернет-подруге из Владивостока я тоже снюсь, как и моей матери - я, давно уже ставшая вегетерианкой, феминисткой и пацифисткой - и молчу, и хочу заколоть ее самым интимным на свете оружием.

Я люблю, когда у читателей возникают разнообразные ощущения в позвонках при прочтении моих рассказов, но не понимаю, почему моей персоне мало оставаться в прозе. Почему она должна выходить из-под контроля скромной и привязчивой тени и отторгать от меня людей.

Будьте осторожны при выборе персоны, дети, ведь потом может выясниться, что всю оставшуюся жизнь она будет выбирать вас.

@музыка: The Dead Weather - Rolling in on a Burning Tire

@настроение: вроде день прошел не зря

@темы: очень очень личное

07:52 

lock Доступ к записи ограничен

does God hang out in Greyhound bus stations? i'd like to find him. i'd like to make him cry.
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
09:10 

lock Доступ к записи ограничен

does God hang out in Greyhound bus stations? i'd like to find him. i'd like to make him cry.
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
08:51 

Доступ к записи ограничен

does God hang out in Greyhound bus stations? i'd like to find him. i'd like to make him cry.
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL

The Vampire Scene Shop

главная